Category: путешествия

Category was added automatically. Read all entries about "путешествия".

(no subject)

Из пустоцвета бесконечный "лайков" сильно хочется, конечно, вернуться в родную лубяную избушку ЖЖ и по старинке гневно таращиться сквозь мутный бычий пузырь.
Что случилось летом? Мало чего, но был всё же краткий рывок на итальянский север. Венеция, как я и думал, оказалась крайне тяжелым городом - сырые мраморные норы пауков, стянувших в своё время стальной паутиной полмира, опустели,  теперь там ползают нескончаемым потоком всякие божьи коровки с фотоаппаратами. Есть, правда, и новые страшные обитатели - в каком-то закоулке наткнулись на вереницу африканских торговцев лже-луивютонами - чёрные, не по-европейски тощие, главарь с бельмом, явно колдун. В целом, мне, как и в прочих знаменитых "канальных" городах, там было тесно, душно, я бился тупым русским оводом в обоссанных тупиках, силясь в просветах разглядеть очередной дворец, торчащий из водной зелени, быстро устал и подозверел.
Флоренция - ОЧЕНЬ красивая, да в общем как-то и стыдно ковырять пером после стольких томов воздыханий на эту тему разных почтенных бумагомарателей. Да, можно только повториться - Флоренция ОЧЕНЬ и ОЧЕНЬ красивая. 
Как и улицы ренессансных дворцов в Генуе. Ну, для московского ребёнка, с детства мучимого сладкой болью несбыточности рая, обещаемого повсеместным сталинским палладианством, это отдельная тема, тут можно подразвивать, но в целом, думаю, понятно.
Монте-Карло - страна мертвецов. В Ницце устрицы, всё ок. Милан, понятно, все знают - деловой. Площадь Сен-Бабила - привет старым мальчикам, пересек её раз шесть, так получилось. Верона - вполне, если не считать адка вокруг известного балкона.
Короче, там хорошо, а здесь мракобесы-осетины с людей футболки дерут и вообще полное помрачение умов. Ничего, скоро зима, подморозит.

Воскресный досуг

Незатейливые экскурсии по конструктивистским районам превращаются в многосерийную антропологическую экспедицию - места-то всё рабочие, заводские. Заводы встали, а точнее легли и медленно превращаются в цементные курганы, обитатели - вымирающий вид, типа леви-строссовских индейцев. "Печальные тропики", которые скоро завалит мокрым снегом. Смотрим друг на друга через их варварски застеклённые лоджии - "мы" с камерами-фотоаппаратами, они в окружении банок с солениями, немыслимых плюшевых сов, древних чеканок. Общение, как правило, не складывается: женщина с третьего этажа толкает через форточку яростный спич "вас обманывают - а вы уши развесили! Этот дом двадцать лет гниёт! Здесь никто не жил, ни Ленин, ни Сталин! Деньги на вас делают, а вы слушаете!"; крепкий пьяный мужчина рвётся покинестетить - "а ну, стоять!" - коллеги удерживают его на скамейке; группа молодёжи здраво комментирует: "ну, бля, пиздец - домов не видели!"

(no subject)

Посетил Орсэ и Лувр. Впечатления смешанные. Не всё выигрывает в оригинале, выясняется. "Похороны в Орнане" такие большие, тёмные и тусклые, что ни черта не разглядишь, то ли дело репродукция. "Завтрак на траве" я и так заочно недолюбливал, но, думал, вживую получше. Глянул - будто прокисшее съел.
С импрессионизмом не примирился, понравились "Наби", вместо Орсэ - лучше второй раз в Лувр.

Да, в Лувре наткнулся на Св. Евгения Всеволодовича с философским камнем - http://www.artcyclopedia.org/art/luca-signorelli-jerome.jpg

(no subject)

А я лично против сноса Петра.
Вместе с парком скульптур у ЦДХа он создаёт отличный уголок сгущённого бреда и распоясанной фантазии. Только этот колосс-ебанат и его калечное войско из безносого сталина и прочих списанных каменных уродцев из последних сил противостоят кастратской "роскоши" Золотой мили, которая шелестит в уши с другого берега стекло-бетонным шёпотом: "мы тебя ограбим, потратим всё на лексусы, а потом ты умрёшьумрёшьумрёшь".
А посмотришь на Петра и сразу веришь, что не умрёшь, а уплывёшь с ним в Америку, где мандарины с человечью голову и все кушают шашлык.
Снесите лучше новую высотку напротив ЦДХ, она по-настоящему ужасная

Audioslaves ОМОНа

В переходе к Рижскому вокзалу лабает местный "Дэзинджун" - здоровенные лоси в разной униформе, кто-то в афганке, кто-то в ВДВ и т.п. Обычно исполняют что-то жалесное про горы, цинки и вечно опаздывающие вертушки.
А сегодня звучал омоновский фольклор. На ходу уловил немного, чё-то там "разобраны дубинки и щиты". И такое:
"Навстречу нам каменья (sic!) полетели,
бутылки, палки,
в общем, было всё..."

Интересный поджанр, в Сети пока не нашёл, там только про омоновские чеченско-дагестанские командировки:
"Вот идем мы, брат, домой, всем так хочется,
Всем так хочется, кушать хочется.
Я пинаю труп ногой, он не ворочится,
И за БТРом все волочится"

Советская фортеана

Ох, помню, меня конкретно накрыла эта история. Шаровые молнии заняли почётное второе (после ядерной войны) место среди моих детских фобий:
"Проснулся я от странного ощущения, что в палатку проник кто-то посторонний. Высунул голову из мешка и замер. На высоте около метра от пола плыл яркожелтый шар величиной с теннисный мяч. „Что это такое?“ подумал я, и в тот же момент шар исчез в спальном мешке Коровина. Раздался дикий крик, „мяч“ выскочил из его мешка и начал ходить над остальными, скрываясь по очереди то в одном, то в другом из них. Когда шар прожег и мой мешок, я почувствовал адскую боль, словно мена жгли несколько сварочных аппаратов, и потерял сознание. Через какое-то время, придя в себя, я увидел все тот же желтый шар, который методически, соблюдая только ему известную очередность, проникал в мешки, и каждое такое посещение вызывало отчаянный, нечеловеческий вопль. Так повторялось несколько раз. Это был какой-то ужас. Когда я вновь пришел в себя, кажется, в пятый или шестой раз, шара в палатке уже не было. Я не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Тело горело, око превратилось в очаг огня. Потом я опять потерял сознание. Куда исчез шар — никто не заметил.
В больнице, куда нас доставили вертолетом, у меня насчитали семь ран. То были не ожоги: просто куски мышц оказались вырванными до костей. То же было не моими друзьями Шигиным, Капровым, Башкировым. А Олега Коровина шар убил, возможно, потому, что его мешок лежал на резиновом матраце и был изолирован от земли."



http://www.litru.ru/?book=92236&description=1

ЮЭСЭЙ-пунктир

Если вкратце.
Нью-Йорк - город воистину великий. Такой если и закидывать, то "боингами".
Всё там хорошо - и ритм жизни, и архитектура, и каменные орлы повсюду.
Остальная Америка, что я видел (Калифорния, Аризона, Невада), - большая комфортная, только что выстроенная деревня.
Природа впечатляет, но выходить из машины имеет смысл только за солнечным ударом.
Исключение - Гранд Каньон. Размах опять же планетарный, "на это у них деньги есть".
На дне ада - Лас-Вегас. Мираж Лужкова on LSD в сердце пустыни. Столь же уныло мне было разве что в Амстердаме: толпы вырвавшегося на волю молодняка и ловящих последние шансы старпёров роятся, усиленно предаваясь массовому пресному "пороку".
Кстати, упадок - половина столов пустые.
Остался в выигрыше, если что.

Ленинские горки

В Ленинских Горках больше всего поразили курганы вятичей.
Вот тебе и горки!
Подбираются к усадьбе, нависают, поддавливают рельефом.
Вся история сразу выстраивается в классическую британскую ghost story о прОклятом поместье. Вечно вымороченное имение, постоянное меняющее хозяев, потом его покупает вдова купца, загнавшего в грудь горячую свинцовую каплю. Нового мужа отдают под суд, дети один за другим отправляются кто куда: кто в дурдом, кто удобрением на поля империалистической, кто в ледяную гулаговскую вьюгу.
Её сменяет последний хозяин, переживает здесь три удара, теряет дар речи и соображения, и каждый день вползает непарализованной половиной тела в кабинет только для того, чтобы сорвать очередной листок календаря, постоянно чувствуя на себе чужой недобрый взгляд непонятно откуда.
Наконец одним зимним утром листок остаётся нетронутым, зеркала и мебель закрывают тканью, а в тёмных глубинах грунта вятичские жрецы хохочут забитыми мёрзлой землёй ртами ...

(no subject)

"В обстановке информационного дефицита в Советском Союзе Михаил Мейлах практиковал следующий способ выхода на иностранцев-«четверопутников»: в гостинице, где жили иностранные туристы, он проникал в ресторан, становился на голову и стоял на голове, пока гости завтракали. После этого он возвращался в нормальную позицию и на хорошем английском или французском спрашивал уже обративших на него внимание иностранцев, нет ли среди них людей, интересующихся учением Гурджиева. За это и другие дела Михаил Мейлах был арестован и приговорен к длительному заключению в лагерях."

(no subject)

Пообщался со столяром Кузьмичём. Историями он окормлял такого плана:
- Тогда я работал в Волгоградском исполкоме. На Москву было 15 исполкомов, в Волгоградском - 15 участков. И в наш ЖЭК приходит заказ - женщина плачется, не может попасть в квартиру. Что-как непонятно, ну, наверно, с замком что-то, а что ещё... Приходим, значит, к ней. А у неё четыре замка. И все с ручками! Ну мы как-то пооткрывали, говорим, как минимум два надо ликвидировать. Потом с ребятами на участке смеялись - ей же как обезьянке надо было скакать на дверь всеми руками-ногами, чтоб сразу четыре ручки повернуть...